Пожалуйста подождите
ЗАО Редакция газеты, Комсомольская правда в Новосибирск

Название:
Адрес:
Телефоны:294-34-95, 294-37-01, 294-37-01
Рубрики: -
-

комментарии

 
  • Гость_Владимир
    20 января 2012 | 15:07 (ссылка #1716682)
    Аватара не загружена

                          Россия и мир – ХХI век. Начало.

       После развала СССР в истории новейшей России начался новый этап развития – период  капитализации производства, ознаменовавшийся тем, что оформить идеологически начавшийся этап оказалось делом не то чтобы трудным,   но, практически,  невозможным. Поиски «национальной идеи», т.е. той идеи, которая смогла бы объединить общество, не увенчались успехом. Спорт, религия, наука, культура, здоровье нации,- все эти , действительно, необходимые и значимые для всех идеи, не смогли выступить в качестве объединяющей  для всего общества, ибо в своей основе они не отвечают на основной вопрос  всякой национальной идеи: великая-ли мы нация? Происходит это, по большей части, потому что русские, в своей основе, никогда не были и не могут быть нацией по той простой причине, что мы – НАРОД! ВЕЛИКИЙ НАРОД С ВЕЛИКОЙ ИСТОРИЕЙ! Другого нам не дано. Втиснуть Россию в национальные рамки почти то же, что на тугие плечи былинного богатыря пытаться накинуть костюм незрелого юноши. Разумеется, Россия должна жить, преследуя,  в первую очередь,  свои интересы, не забывая, однако, и о  миссии великой державы. Судьба это или крест России,- как знать, да и так ли уж важно знать это.
       Это одна из причин. Но есть еще одна, не менее, а может быть, и более значимая для всех нас – это то, что мы строили социализм. И это была не идея – это была научно обоснованная теория развития общества, в которую можно верить или нет, но мы шли этим путем. И мы были великим народом. Этот период можно вычеркнуть из истории страны, из истории государства, но сделать то же самое  с историей народа, с его памятью попросту невозможно. Нравится нам это или нет,- это был великий период в истории страны, пусть даже по историческим меркам он занял всего лишь короткий миг. Но это тот миг, которого другие народы не могут дождаться веками и ради которого потому в своих исторических фантазиях присваивают себе, сделанное народом России. Это сказано не в укор другим  народам, пусть  их тешат свое самолюбие, а в отрезвление  нам, русским,  потому как в своем самоуничижении, в угоду тем, «первым народам», мы готовы дойти до грани абсурда. Чего стоит один только парад на Воробьевых горах.
        Однако, все, слава Богу, позади, в прошлом, но вспомнить недавнее горькое прошлое необходимо хотя бы ради того, чтобы отчетливее было видно, что в своем стремлении порвать с «неугодным прошлым» в угоду «тем  народам», вместе с водой мы выплеснули ребенка. Уже сейчас, в наши дни, так называемые «господа жизни», сумевшие в мутной воде смутного времени урвать деньги, а, следовательно, и власть, на не официальном, на бытовом уровне в своем неадекватном общении с  простыми  людьми открыто заявляют: «А что вы хотите? У нас капитализм».  Им и дела нет до того обстоятельства, что когда мы копировали  их  строй и посыпали свою голову пеплом, мы не увидели главного,- что там, у них, того капитализма, который выстроили мы, копируя их, того капитализма уже нет. Во всем цивилизованном мире уже давно и бесповоротно господствует правовое государство. Т.е. то государство, которое является ступенью развития социализма, и где фактор социальной справедливости играет если не главенствующую, то, во всяком случае,  не последнюю роль.
         В свое время, когда Никита Сергеевич Хрущев,  будучи Первым Секретарем ЦК  КПСС, а, следовательно, и главой государства, в своем откровении, после того, как  открыл для себя Запад, мог бы стать автором глобального открытия, но в своем, чисто крестьянском апломбе, не сделал этого, наша вера в социализм  не то чтобы пошатнулась, - она выросла до размеров абсурда: «Если у их, там, социализм  (а у меня руки по локоть в крови!), то у нас будет коммунизм!»  А коммунизм в хрущевском, крестьянском понимании, это когда все есть и все бесплатно.  Это заявление главы государства, а по совместительству и главного теоретика, не то чтобы обрушило, но оно низвергло теоритическую мысль до уровня пересказа, а в дальнейшем – до уровня пережевывания – уже открытых истин.
       Если в сталинские, темные времена, когда преследовалось не только всякое инакомыслие, но даже самая возможность оного, теоритическая мысль, под спудом, но все же была жива, то теперь она стала просто невозможна. Абсурд же заключался в том, что если «низы» хоть в какой-то мере еще верили в социализм, то «верхи», изо дня в день, как заклинание,  твердя о социализме, уже не верили ни во что. Генеральный Секретарь ЦК КПСС  Л. И. Брежнев, в ответ на сетования о низких зарплатах трудящихся, чисто обывательски заметил, что, - дескать, остальное доворуют. ( К сожалению, я не могу сказать, в разговоре с кем и когда точно, были сказаны эти слова, но эти слова были сказаны.) Другими словами, уже тогда воровство было поставлено на государственную основу,  и о развитии какой справедливости, какого социализма здесь можно говорить?
         Да, мы строили социализм, строили общество социальной справедливости, и многое из того, что было достигнуто тогда, неплохо было бы перенесть в наши, более просвещенные, более развитые, более продвинутые времена. Ну да, живем не одним днем, и жизнь не завтра кончается.  Даст Бог, все эти «господа жизни», и связанные с ними явления, как пена, взбитая бурным временем, схлынут из нашей жизни, оставив по себе анекдоты да сказки о так называемых «новых русских». А жизнь,  реальная жизнь пойдет своим чередом, ибо «…всему свое время, и время всякой вещи под небом». Однако, сейчас уже хотя бы то хорошо, что никто никому не запрещает быть богатым.  Но, при этом, даже если ты богат, как Крез, и, соответственно, у тебя положение в обществе, не смотри на людей как на быдло, потому как, скорей всего, ты сам в своей душе это быдло и есть. И зачем тогда выставлять напоказ духовную свою нищету. А этого у нас сейчас хоть отбавляй.…  Но вернемся к социализму.
        Почему, для общественного сознания так важно знать, что социализм – это не досужая выдумка старика Маркса, не агитка коммунистов, а реальность, которая существует, которую можно достичь.  Во-первых: это позволит изменить вектор развития общества;  во-вторых: это  изменит настрой и настроение в обществе;  и в-третьих, и, пожалуй, главное: это даст возможность изменить сам характер общества.
        В свое время, большевики, ставшие теперь притчей в  языцех, шли на кровь и на смерть ради того, чтобы изменить общество. Сейчас, в наши дни, модно говорить, что большевики ввергли страну в губительный, громадного масштаба социальный эксперимент, который, в конечном итоге, провалился. Чтобы прослыть прогрессивным мыслителем и демократом, в наши дни не нужно многого: достаточно научиться пинать большевиков. Ведь если бы не они, Россия уже в ХХ веке была бы цветущей державой. Однако у истории нет сослагательного наклонения и такие, планетарного масштаба, события не происходят случайно. Социализмом была беременна не Россия – социализмом было беременно человеческое общество. Весь нюанс положения в том, что мы привыкли считать социализм достижением, весьма спорным причем, одной России только, но         &nbs p;         &nbs p;         &nbs p;        глобализация мировых процессов, видимая теперь невооруженным глазом, произошла не сейчас, когда мы получили мировой терроризм, а тогда, когда классовые противоречия достигли своего апогея и вылились в социальную революцию в России.
        Социализм, по своей сути, есть производное развития угнетенных рабочих масс в организованную политическую силу, способную не только бороться за свои права, но и добиться признания этих прав от государства и общества. Право быть частью общества, право не только производить, причем, в человеческих условиях, материальные блага, но и право пользоваться этими благами в полной мере, как материальными, так и духовными. Марксизм поставил это развитие на научную основу.  И сейчас вменять Марксу, как, впрочем, и большевикам, в вину то обстоятельство, что история пошла так, а не иначе, то же, что валить с больной головы на здоровую. Жестокость, ярость классовой борьбы не может быть обусловлена одним только желанием угнетенных  освободиться от гнета угнетателей, но, в большей мере, она обуславливается желанием угнетающих продолжать жить за счет угнетенных.
        Я ни в коей мере не пытаюсь обелять или же, как то защищать большевиков,- все это движение по кругу. Они сделали свою работу. Сделали и ушли. Пали жертвой созданного ими же репрессивного аппарата.  И это тема для отдельного разговора, но лучше  всего об этом сказал Николай Гаврилович Чернышевский в своем романе о «новых людях». Для нас сейчас важнее уяснить, как социализм стал реальностью, стал действенным фактором развития общества. То обстоятельство, что в Советском Союзе социализма не было, сейчас мало уже у кого вызывает сомнения. Как, собственно, и тот факт, что в стране победившего социализма не было и Советской власти. Если товарищ Зюганов и пытается еще убедить нас в обратном, то это, собственно, его право, но как он тогда объяснит эпоху всеобщего «одобрямса»?
        Эстафета развития социализма была подхвачена Президентом США Франклином Рузвельтом. Ни до, ни после  в Соединенных Штатах не было больше такого социально ответственного государства, как при Рузвельте. Но его реформы, носившие ярко выраженную социальную направленность, имели такой фундаментальный характер, что позволили американским Штатам, практически, до сего дня быть ведущей державой мира, как в экономическом, так и социально политическом значении. Даже то обстоятельство, что идеи социальной справедливости, социального государства выродились по смерти Рузвельта в так называемую «американскую идею», «американскую мечту»,  это не остановило и вряд ли  остановит развитие Соединенных Штатов, как государства социального. При этом не следует, наверное,  заблуждаться относительного того, что Соединенные Штаты перестанут вести себя как планетарные эгоисты, руководствующиеся в первую очередь своими интересами, и перестанут насаждать свой, корпоративный, социализм на азиатские почвы под дулами автоматов. Как это делается сейчас, привнося в развитие цивилизации фактор нестабильности. Но это позволяет северо американцам на время оттягивать решение своих внутренних проблем, связанных с развитием именно социализма.
        В этом контексте у России два варианта: либо вспомнить и признать свой, пока еще существующий, статус великой державы и способствовать выходу развития общества на новый, цивилизационный уровень развития, либо, как это ведется еще сейчас, быть сырьевым придатком для развивающейся цивилизации. В первом случае России необходимо и важно, отбросить ложный стыд и существующую еще социальную робость, и развивать  себя как государство социальное, как это  записано в Конституции. А для этого, как минимум, перестав озираться на опыт СССР, России нужно одно: признать социализм не фактом, а фактором развития общества и, соответственно, менять вектор своего развития, координируя его не с капиталистическим будущим России, а с социалистическим настоящим хотя бы той же Германии.
         Не будучи социально развитой, но сильной в политическом и военном отношении, Россия так и останется объектом политики двойных стандартов для более развитых стран, пусть даже, как в истории с советским балетом, мы обгоним весь мир по количеству долларовых миллиардеров. В тоже время, социально, экономически развиваясь, Россия, в силу своего евразийского положения, не может не влиять, одним только своим примером, на развитие всего мира. Другими словами, решая свои внутренние проблемы  в контексте развития социализма, Россия может и должна решать и решить проблемы мира. Для этого, в свою очередь, России нужна не «национальная идея», а теория развития общества, основанная на реалиях развития общества, а не на слепом идеологическом упорстве, что, в наши дни, наблюдается как со стороны противников социализма, так и со стороны его защитников и последователей.
       Остается заметить, что фашизм, как явление, как факт общественного развития, имеет те же корни, что и социализм. Впрочем, в этом случае вернее было бы говорить не о развитии общества, а об его полном отсутствии .
             
                                                           В.Сохарев        &nb sp;         &nb sp;         &nb sp;         &nb sp;          Ноябрь 2011
    P.S.  Для проведения полного исследования данной темы в данном контексте необходима финансовая поддержка.
     Сейчас  голос России еще слаб. Но придет время, и сказанное в Москве даже шепотом будет слышно во всех самых отдаленных уголках мира.
                             

                                             Третья мировая…. Что дальше?

       По странному стечению обстоятельств, или же  в силу какой-то злой неумолимости железо - бетонной логики, развитие человеческого общества складывается таким образом, что решение политических вопросов силовым путем, путем применения военной силы не является чем-то из ряда вон выходящим. Наоборот, во все времена война совершенно естественным образом являлась либо целью того или иного политика, императора, царя, вождя, фараона, либо закономерным завершающим актом  всякой политики. Война не только решала, но, в особенности, победоносная, война скрывала и списывала недочеты и недостатки любой политики, как политики внутренней, касающейся внутриполитического устройства общества, так и политики внешней.  Война покрывала все, решала все и служила своего рода универсальным двигателем прогресса: все, сколько-нибудь значимые открытия человеческого гения  - все они ставились человечеством в первую очередь на службу войне.
        Более развитое в промышленном, социально политическом отношении общество вооружало свою армию более совершенным оружием, а, следовательно, и  более развитым, более подготовленным  для этого оружия солдатом.   Разрушая, уничтожая, ломая все, вовлеченное в свою орбиту, война, тем не менее, как бы парадоксально это ни звучало, служила прогрессу, модернизации всех сфер человеческой жизнедеятельности, служила развитию общества. Так было.
        Обуславливая и продвигая прогресс, война сама была самостоятельной, едва ли не самой прибыльной сферой человеческой жизнедеятельности: военные грабежи пополняли казну победителей, и были не преступлением, но доблестью, а  выделение военной аристократии было едва ли не первым значимым актом проявления государственности, первым актом становления государства, как общественного института. И мощь, сила государства рассматривалась, в первую очередь, способностью, готовностью государства к войне.
       Война двигала, стимулировала и подгоняла прогресс, ставила его на службу своим потребностям, подчиняла его и, в угоду своим интересам, предоставляла и ставила на службу прогрессу самые свежие, самые передовые разработки,  достижения науки и техники. Война становилась не только и не столько потребителем  достижений прогресса, но война, как это и есть сейчас в наше время, война сама становится заказчиком, финансистом и куратором прогресса в одном лице. Будучи делом прибыльным, война отнимала и отнимает громадную часть жизненных ресурсов общества, но если раньше война предполагала победителя, а вместе с тем, следовательно, война предполагала и возмещение вложенных в нее средств, то теперь, в современных условиях прибыль может дать единственно лишь подготовка к войне. По той простой причине, что сама война, как таковая, в современных условиях попросту невозможна, ибо ведет к гибели всего человечества. Даже те локальные войны, которые еще ведутся сейчас и в которых проверяются  новейшие вооружения, новейшие технологии войны, они, как бы цинично ни звучало это, они не способны возместить делаемых в войну вложений, но, в конечном итоге, они способны поставить под угрозу существование мира, а потому и существование жизни на Земле. Ибо у современной, высокотехнологичной, а потому, казалось бы, относительно безопасной войны есть один, но зато неоспоримый изъян,- это сами высокие технологии.
        Мы, совершенно незаметно для себя, перешли ту грань, за которой не война служит прогрессу, а прогресс, со всем его нынешним потенциалом и возможностями, поставлен на службу войне, подчинен ею, зависим от нее. Продвижение войны не останавливает даже тот факт, что, по временным, историческим меркам, совсем недавно человечество пережило самую страшную, самую кровавую за всю историю существования человеческой Цивилизации бойню – Вторую Мировую, войну с фашизмом.
          Холодная война, Карибский кризис, война во Вьетнаме, война, война… Война… А обладание ядерным оружием ставит в зависимость от войны существование самого человеческого общества. Всего живого…
        Величайшим изобретением человечества принято считать изобретение колеса. В самом деле, нет такого механизма, где бы ни использовалось колесо. При этом История знает существование Цивилизаций, не знавших колеса, однако, достигших определенных высот в своем развитии. Но что объединяет все, доселе известные Цивилизации, это умение воевать. Умение людей держать в руках оружие, умение делать его, умение ценить, беречь оружие, умение преклоняться перед ним. Однако, все оружие, какое бы ни было оно, будь то автомат, граната, военный самолет или же обожженная в костре и заточенная остро простая палка, все эти изобретения человеческого разума можно свести к одному, но, наверное, более великому, чем колесо, изобретению – к простой дубине. Которую однажды подняла разгневанная обезьяна и употребила в качестве весомого аргумента в «политическом» споре со своим сородичем за кусок полуистлевшего мяса. «Полуистлевшего» потому, что в противном случае, если бы та «обезьяна» могла бы позволить себе более роскошное питание, или же шикарную «фруктовую» диету, у нее не возникло бы стимула стать кем-то более могущественным в царстве хищного зверья. Вряд ли та «обезьяна» смогла бы стать самым грозным, самым хитрым и самым коварным хищником, каковым является человек. Разумеется, эволюция сделала свою работу, и в некоторой части «человек» звучит даже гордо, но, в глубине своей, он еще все то же, полуголодное существо, с уважением и пиититом взирающее на приобретенный «весомый аргумент». Хотя, и «диета» уже не та, да и «аргумент» качественно видоизменился, но сущность … . Особенно, у радетелей, последователей войны.
         Возможно, потому нынче не в чести теория Дарвина, которая выявляет нашего прародителя, что гораздо приятнее вести свое родство все же с Адамом, нежели с тем диким и злобным существом, которое для ради поесть готово было убить такого же дикого собрата. Приятней сознавать, что в своем обладании ядерной дубиной мы почти подобны богам, а не какому то клыкастому и полуголодному существу. Но стиль поведения, особливо в ведении войны, нас более роднит все же с тем существом, нежели подобит Богу. Вспомнить хотя бы разбитый Багдад, Белград, растерзанную Ливию, где размахивавшие «дубиной войны» потому и размахивали ею, что у них этот самый весомый «политический аргумент» имелся и, действительно, достаточно весомый. А у «незадачливых» сородичей  было то, что нужно было обладателям «весомого аргумента». Т.е. тот самый пресловутый «мяса кусок». А разговоры о необходимости развития демократии на деле служили и служат лишь прикрытием  истинных целей, возможно, весьма неприглядных. И в этом «политическом споре»  «политическим оппонентам» нападавших с «политическим аргументом» оставалось лишь «огрызаться» да «скулить» под градом ударов недосягаемого врага.
         Картина неприглядная, как неприглядна и сама война, тем более, если учесть, что один из вероятных логических исходов современной Истории все более неумолимо приближает тот час, когда ход эволюции соединится в некое эволюционное кольцо, вернув все на круги своя и возвратив человечество к состоянию своего первобытного пращура.
        Только вряд ли это возможно, что когда-нибудь, в отдаленную эпоху, какая ни будь обезьяна  задумчиво будет держать в своих «руках» череп человека, с тем, чтобы возобновить ход эволюции. По той простой причине, что дважды в одну реку не войти, и, скорее, этот череп будет держать инопланетный космический археолог, удивляясь тому,  как это было возможно -  при такой массе «соображающего вещества» такой  незатейливый исход.  Причем, он будет обязательно в перчатках и в скафандре, чтобы не подцепить от этого злосчастного черепка  какой ни будь опасный вирус – вирус войны.
        Самое скверное, что в сказанном нет ни грамма фантазии, а лишь логические зарисовки существующей реальности. В своем стремлении нажиться на войне, решить какие-то свои проблемы при помощи войны, не потеряет ли человечество инстинкт самосохранения, не перешагнет ли ту грань, за которой не будет возврата? Найдется ли у человечества тогда тот Ходжа Насреддин, который выманит алчного и алчущего прибыли человека, уже тонущего и погибающего в войне, при помощи золотой монетки из разливающегося моря войны? Беда в том, что этот «алчущий и алчный человек» не потонет один – он потянет за собой всех. Хватит ли тогда у человечества разума и возможности  не перешагивать, не переползать ту грань, за которой не человек будет решать, быть или не быть войне, а уже война решит, быть или не быть ЧЕЛОВЕКУ?
        Разумеется, все это может выглядеть как плод больного воображения, но война, какая бы она ни была – «холодная» или «горячая» - война имеет свою логику, подчиняется своим законам и диктует  свои правила. Тяжелый маховик войны раскручивается не сразу, но, раскрутившись, он подминает под себя все и уже не имеет обратного хода. Ничего в этом мире не делается сразу и вдруг, ведь и Вторая Мировая началась не сразу, не Первого Сентября. Просто из окон высоких кабинетов все виделось не так страшно, как оказалось потом в действительности. Но если во Второй Мировой речь шла о существовании народов, то в Третьей Мировой речь может быть только об одном – о существовании самого Человечества.
         У современного человека не осталось других естественных врагов, которые сопровождали его во весь период его становления и в борьбе с которыми человек, собственно, и стал тем, кем он и является сейчас – человеком. Все те приобретенные черты характера, которые помогали человеку в его борьбе за выживание с дикой природой, которые сделали его собственно человеком, в современных условиях, когда у человека нет других врагов, в конечном итоге, оборачиваются против самого человека. Ибо у человека остался один только враг – это он сам. Давно и бесповоротно  выделившись из царства животных, покорив и поработив  его,  назвав себя человеком разумным, человек, тем не менее, привязан к миру животных своим животным началом почти так же, как новорожденное дитя привязано к своей матери пуповиной. Впрочем, сравнивать человечество с  новорожденным несколько некорректно, ибо, как-никак, любое дитя, в первую очередь, все же целостный организм, а человечество?  Ответ на этот вопрос дать может только время...    Впрочем, как и на вопрос, состоимся ли мы вообще как единая общность - человечество? Или же в своей безрассудной погоне за эфемерными ценностями и пресловутой безопасностью человек утратит все то, что выделяло его из царства животных, а именно - Разум. И не удавит ли тогда нас наша "пуповина"?
                                                                                                                                                                               2011-12-07
                                            Владимир Сохарев 
     Проект – «Национальная идея»

    «Всякая религия, объединяя людей,
    в своей основе лишена объединяющего
    начала по отношению к другим религиям.
    Хотим мы или нет, но мы становимся
    человечеством, единой планетарной общностью,
    и задачу объединения людей
    в единое общество выполнить может лишь
    наука, открывающая новые знания о развитии
    общества, вскрывающая логику, стратегию этого
    развития, доказывающая единство и
    взаимозависимость нашего бытия».

    Россия эволюционная.
    (Штрихи к портрету)

    После краха КПСС и развала СССР произошло немало важных изменений, значительно преобразивших мир, но основное, наверное, это то, что из жизни общества ушла идеологическая доминанта, так или иначе направлявшая развитие человеческого общества на протяжении (начиная с 1848 года) полутораста лет, - идеология коммунизма. С момента выхода в свет «Манифеста Коммунистической партии», которым коммунисты ответственность за развитие общества возлагали на себя, вся история Цивилизации так или иначе была научно увязана с развитием идей социальной справедливости, с развитием социализма, эпоха которого официально завершилась развалом СССР, объявлявшего социализм государственной идеологией.
    В октябре 1917 года большевики объявили миру о начале эпохи коренных социальных преобразований, о начале эпохи социализма.  При этом о социализме было ясно, что это строй социальной справедливости, закономерно достигаемый через революционное свержение классового господства буржуазии и установление диктатуры пролетариата, при общенародной собственности на средства производства.
    Гражданская война, разруха, голод, военный коммунизм сменились Новой экономической политикой, закладывая основы которой Ленин конкретизировал социализм, как строй сознательных кооператоров, строй сознательных собственников. Неважно при этом, каким и кем был Ленин, - добрым или злым, гением или злодеем Истории, - важно то, что при всей своей теоретической фанатичности он умел объективно оценивать ситуацию и находить оптимальные варианты решения задач, а это немаловажное обстоятельство, если учитывать тот факт, что одним из важнейших и закономерных условий развития пролетариата, вступившего на путь политической борьбы, является условием вождизма, и характер вождя самым непосредственным образом определяет характер Движения, а в условиях государственного строительства – характер государственности.
    Новая экономическая политика, основная задача которой была вывести отношения с крестьянством на законодательную основу, в тоже время намечала курс на развитие кооперации, при контролирующей роли государства за развитием средств производства , а это делало возможным развитие среднего класса в России, при развитие законодательной основы, т.е. правового государства и социальной ориентированности государства на защиту беднейших слоев населения, что в сочетании с Ленинским планом ГОЭЛРО, т.е. планом обеспечения общества энергией, открывало реальные пути развития социализма в стране. Но смерть Ленина привнесла в это развитие свои коррективы. В условиях незавершенности государственного строительства и отсутствии решающего мнения по вопросам этого строительства вопрос о вожде встал особенно остро, ибо ленинского авторитета, практицизма и умения убеждать силой аргументов уже не было, и спор о власти выиграл тот, кто сумел убедить остальных аргументом силы, т.е. Сталин.
    Используя демократический централизм, который составлял силу большевиков и по сути был выражением большевизма, имея в своем распоряжении центральный аппарат партии, Сталин все более обращал оружие победителей против самих победителей: то цементирующие единодушие в неприятии инакомыслия, которое партия допускала по отношению к своим политическим противникам, ориентируясь на Диктатуру Пролетариата, со все возрастающей силой оборачивалась теперь против самой партии, поражая и перемалывая ее изнутри. Неизбежная разносторонность мнений при обсуждении тех или иных вопросов в отсутствии вождя приводила к фракционности внутри партии, с дальнейшей возможностью ее раскола, а , утверждая единство партии, большевики утверждали тем самым власть Сталина, и все более выдвигали его на роль вождя партии, оставляя за собой ключевые государственные посты, имея ввиду негласный наказ Ленина об отстранении Сталина от власти. В условиях Диктатуры Пролетариата, становящейся самоцелью с теоретической посылки уже вождя партии, роль партии неизмеримо возрастала и, отдавая партию Сталину, большевики, ставшие из вождей пролетариата деятелями государства, ставили тем самым Сталина над собой. С учетом ленинского завещания, которое было негласным руководством к действию для пролетарских вождей, а тем самым и для Сталина, большевики сами вкладывали в руки Сталина оружие против себя, выполняя наказ Ленина с точностью до наоборот. Более того, для Сталина именно ленинское завещание более чем для кого-либо послужило руководством к действию и, по сути, спровоцировало не только ту подковерную борьбу за власть, которая привела к массовым репрессиям, но, фактически, предопределило тоталитарность государственной системы, провозгласившей преемственную непогрешимость партийного вождя.
    С установлением тоталитаризма с социализмом в России было покончено: собственником средств производства становилось не общество под управлением государства, как намечалось то НЭП-ом, а непосредственно государство само, скованное партийной иерархией и подчиненное партийному вождю, основная задача которого, в силу условий прихода его к власти, было не развитие власти, а удержание и закрепление ее в своих руках, что от вождя передавалось всей партии и становилось не только смыслом, но и сутью бытия этой партии, а значит и государства, т.е. власть ради власти. Провозглашенная же власть Советов обращалась теперь во власть советов Власти, породившая затем пресловутое «телефонное право», что делало непогрешимой саму власть, а значит вождя, а развитие социализма превращалось теперь в развитие и распространение его идей, т.е. идеями вождя определялось и оценивалось развитие страны. И все это было замешано на великой крови, когда не сдающийся враг уничтожался, а врагом становился даже не тот, кто видел в этом государстве своего врага, а в ком государство могло его заподозрить, ориентированное диктатом вождя на выявление и уничтожение врагов. Теоретическая же установка на обострение борьбы классов в обществе на деле прикрывала практическую борьбу за власть внутри партии.
    По сути, вот этот, сталинский, вариант государства просуществовал до самого развала СССР, фактически, без изменений, с той лишь разницей, что после смерти Сталина каждый последующий лидер партии все более терял ореол вождя и утрата эта привносила в развитие самой партии ее раскрепощение, а с раскрепощением партии приходил все больший ее распад. Эти изменения внутри партии позволяли обществу забывать страх перед властью, хотя бы до уровня «кухонной критики», которая становилась тем громче, чем развращенней становилась власть и свободней от ее диктата общество.
    Когда Горбачев начинал перестройку, призванную демократизировать общество и партийную жизнь, демократизировать управление производством, т.е. демократизировать государственную власть, т.к. все производство принадлежало государству, вся существующая структура власти столкнулась с неразрешимым противоречием: партия должна была не только изменить основной свой принцип назначаемости сверху донизу на избираемость снизу доверху, но, что самое важное, она должна была допустить в этот процесс еще и общество, т.е. авторитарная по своей сути власть должна была создать власть демократическую, что само по себе уже было абсурдным, но еще больший абсурд заключался в том, что решить эту задачу партия могла, только уничтожая саму себя, т.к. партия должна была сломать устоявшуюся командно-административную систему, но системой этой самая партия и была. Требуя придать ускорение, динамизм процессу демократизации последний Генеральный секретарь лишь усугублял противоречие: одобряя и поддерживая своего вождя, партия должна была двигать процесс, но каждый последующий шаг в этом направлении для нее был шагом к своей гибели. Нарастал кризис, усугублявшийся еще и тем, что общество, к которому Горбачев обращался напрямую, все более включалось в разрешаемый процесс и все более делало его необратимым. А необратимость перестройки  заключалась в том, что революционность перестройки все более верней оборачивалась против начавшей перестройку партии. Даже то обстоятельство, что партия сама начала перестройку говорило на деле не в пользу партии и свидетельствовало не о том, что партия способна управлять Государством в силу того, что она способна на революционные преобразования, а скорее наоборот, доказывало ее политическую несостоятельность в силу того именно, что деятельностью своей партия создала такую ситуацию, разрешить которую возможно было лишь революционными преобразованиями, без которых, в свою очередь, управлять государством партия уже не могла. То есть к моменту перестройки партия создала такую ситуацию, когда любое действие, а равно как и бездействие партии в равной степени оборачивались против нее. Еще раз провести общество через кровавое чистилище и тем самым восстановить былую власть, без риска для себя, партия уже не смела, а действовать убеждением, развращенная былым всевластием, уже не могла, тем более что привилегированным своим бытием партия куда успешнее агитировала общество против себя. Дальнейший ее крах закономерен был хотя бы уже в силу этих причин, т.е. уже изначально  он был обусловлен самим фактом тоталитарности КПСС, воздвигшей на костях инакомыслящих свой культ.
    Причины развала самого Союза несколько иного рода, но он также был закономерен в силу стержневой роли в структуре Государства тоталитарной партии, оказавшейся к тому же на деле не только политическим, но и идеологическим банкротом, т.к. выстроенная в СССР система на проверку оказалась куда как далекой от пропагандируемой, учитывая факт существования в истории страны архипелага ГУЛАГ и сохранявшейся долгие годы беспаспортной крепости на крестьян.
    Определение и имя построенному в СССР дал великий горьковский узник – А.Д. Сахаров: «Государственный капитализм с элементами феодализма и рабовладения». Эта оценка построенному в корне отличалась от оценок самих строителей и тем верней выдавалась за клевету, чем точнее вскрывала факт обмана, признать который, в свою очередь, было тем тяжелей, чем реалистичней к осуществлению казались надежды, пробужденные Октябрем 1917 года, и чем могущественней казалась себе практически, то есть на деле обанкротившаяся партия.
    Банкротство коммунистов, впрочем, не только и не столько в том, что выдавая выстроенную систему тоталитарного Государства за Государство социальной справедливости они, по сути, совершили исторический подлог, но по большей части в том, что в силу этого подлога они сами уже не могли верно оценить реальную картину развития человеческого общества во всей его взаимосвязи и взаимозависимости, т.к. Октябрьская революция в России на деле была результатом развития не одной России только, но и всего человеческого сообщества, ибо без классовых сражений более развитой Европы, без теоретической базы, подготовленной Марксом, эта революция в России была бы попросту невозможна. Россия являлась лишь наиболее слабым звеном, и, имея причины более планетарные, чем государственные только, эта Революция и характер имела  планетарный, нежели государственный. Прямыми следствиями ее было то, что Россия лишилась социализма, не успев его обрести, и в ней установился один из кровавых режимов в истории страны, - режим Сталина; в другой социально- активной стране – Германии, при фактическом содействии красного тирана установился, практически идентичный режим Гитлера, т.к. своей зазнавательской политикой в Коминтерне, провозглашавшей верховенство и безусловное лидерство коммунистов во всем, Сталин рассорил лагерь оппозиции нацизму в Германии и, фактически проложил ковровую дорожку Гитлеру во власть, предопределяя тем самым мировую трагедию, и трагедию своего народа, великими жертвами искупившим просчеты и ошибки своего маниакального вождя.
    Социалистическая Революция в России, фактически, породила и предопределила развитие двух, едва ли не самых кровавых в истории Цивилизации тираний, каждая из которых развивалась своим путем, имела свои, только ей присущие особенности, но обе, одна следом за другой, они явились результатом развития одного глобального процесса – процесса развития социализма.
    При этом картина развития социализма была бы удручающей: казарменный социализм в СССР, национал-социализм в Германии,  если бы не еще один штрих человеческой истории: Вследствие Великой Депрессии  в демократически развитой Америке правительством Рузвельта был проведен ряд реформ, ярко выраженной социалистической направленности, повышающих социальную роль и ответственность государства в жизни общества, что, наряду с Антимонопольным законодательством, открывало эволюционный путь развития социализма в Америке. С окончанием Второй мировой развитие социализма приняло планетарный характер, но шло оно, по иронии судьбы, не с востока, как принято то считать, а с противоположной стороны. Перипетии этого развития требуют своего исследования, но факт системной эволюции социализма в результате Рузвельтовских реформ, так или иначе, имеет место быть. При этом каждая страна привносила в это развитие свои национальные особенности, но общие черты интернациональны: правовое государство, социальная защищенность граждан, избирательное право. Однако монополизация «образа жизни», насаждаемая американизация планеты привносит в развитие человеческого общества целый ряд противоречий, исследовать которые еще необходимо и важно, и именно с позиции развития социализма, т.к. именно социализм был определяющим фактором развития всех стран.
    Социалистическая Революция в России явилась на деле той самой Мировой Революцией, о которой грезили большевики, т.к. исторически знаковые события, происходящие в одной стране, происходят тем самым на планете, а развитие средств сообщения, средств связи все более сужает временные рамки причинно-следственных связей.
    В связи с вопросом развития социализма закономерно возникает вопрос о коммунизме, как о следующей, зрелой фазе развития общества и вопрос этот тем неизбежней, чем запутанней представление о нем, тем более, что пропагандируемый в свое время коммунистами коммунизм к реальному коммунизму имеет лишь приблизительное отношение. Чтобы убедиться в этом, нужно внимательней взглянуть на формулу коммунизма, оставленную Лениным и употребляемую коммунистами всякий раз, когда дело касалось агитации: «Коммунизм – есть Советская власть плюс электрификация всей страны».
    Здесь под «Советской властью» понимается общественное самоуправление, а под «электрификацией» - энергетическая обеспеченность общества. Если перевести эту формулу на современный язык, получится, что коммунизм – это зрелое состояние человеческого общества, когда энергетически обеспеченное общество способно и умеет управлять своим развитием. То есть речь идет о развитии общественного самоуправления, об высоком уровне развития демократии, и звучит несколько иначе, нежели пропагандировали коммунисты, выпячивая донельзя решающую, ведущую роль своей партии. А в том, что общество способно к развитию, что оно находиться в постоянном развитии – нет никакого утопизма.
    Получается, что слухи о гибели коммунизма несколько преувеличенны, тем более, если учитывать то обстоятельство, на которое еще предположительно указывал Ф. Энгельс в «Анти-Дюринге», что «мы, по всей вероятности, находимся еще почти в самом начале человеческой истории, и поколения, которым придется поправлять нас, будут, надо полагать, гораздо многочисленнее тех поколений, познания которых мы имеем возможность поправлять теперь, относясь к ним сплошь и рядом свысока». Иначе говоря, обществу еще предстоит долгий путь эволюции, где критерий социальной развитости занимает с некоторых пор все более главенствующее положение, а следовательно, и социализм не только не потерпел крах, но развитие его перешло на новый, более высокий, планетарный уровень развития: социализм становится реальностью для всего человеческого общества, продвигая и обуславливая другой, более важный, наверное, процесс,- процесс развития становления самого человечества собственно Человечеством. Все эти вопросы не только ждут, но уже и требуют более глубокого и детального своего исследования, ибо чем раньше и надежнее мы поймем и осознаем происходящее с нами, тем стабильнее, тем предсказуемее будет наша жизнь.
    Мы становимся Человечеством, преодолевая этнические, национальные, расовые и классовые, государственные и религиозные границы и предубеждения, предрассудки и противоречия, обогащая друг друга не только в сфере материальных достижений, благ,  но и в сфере духовного, интеллектуального, культурного развития, и на этом пути человечеству предстоит сделать немало таких открытий, которые не только позволят перейти на качественно новый уровень развития, но и стать собственно человечеством, оправдывающим имя собственное биологического вида Homo Sapiens, и ясно, что простотой теоретических формулировок не решить множественности практических проблем, но теория может и должна помочь в примирении враждующих идеологий, собрав из многочисленных  разрозненных фресок единую картину развития, становления человеческого общества, во всей его взаимосвязи и взаимозависимости.    
    В этой связи, вставшая на путь социального развития одна из знаковых, одна из ведущих стран мира- Россия, объявившая себя государством социальным, не только способна, но и должна придать новый импульс развитию социализма на планете, вовлекая в орбиту этого развития всё новые государства и страны, и делая этот процесс уже действительно планетарным. А это, в свою очередь, неизбежно должно способствовать развитию нового глобального процесса – становления человечества собственно человечеством, сменяя на этом пути революционность преобразований поступательностью развития, что, доказано исторически, более приемлемо, более надёжно, более понятно людям. Тем более, если учитывать имеющуюся в распоряжении человечества энерговооружённость, развитость и распространённость собственно военных вооружений, способных смести с лица Земли не только страны и города, но и само человечество, со всем имеющимся пока разнообразием жизни на Земле.

    Мы живем в условиях, когда рухнувшая идеология воинствующего черно-белого коммунизма, так или иначе направлявшая развитие общества последние по крайней мере сто лет, погребла под своими обломками не только веру в светлое будущее и надежду на возможность социально справедливого общества, в котором понятия богатства и бедности не будут столь значимы для жизни людей, но похоронила под собой и самую возможность объективно определить общее состояние и перспективу развития общества. Деидеологизация же общества привела к повышению роли религии в жизни общества, что, в свою очередь, определило развитие естественного побочного эффекта- развитие  религиозного экстремизма, который в условиях глобализации мировых процессов является едва- ли не первоосновой, фундаментом такого уродливого, уродующего и общество и людей явления, как мировой терроризм.
     Развитие средств производства, робототехники, развитие средств связи, коммуникаций, внедрение новых технологий выводят общество на новый, более высокий уровень развития- уровень качественных изменений в межгосударственных отношениях, во взаимоотношениях между государством и обществом, и, собственно, общественных отношений в сторону  глобальной  их открытости, гласности и прозрачности, при всё возрастающей социальной ответственности и отчетности государства перед обществом.
      Социалистическая революция в России, явившаяся по своим последствиям едва- ли не самым значительным и знаковым событием в ХХ столетии, по своей природе является революцией пролетарской , и она изменила соотношение сил между пролетариатом и буржуазией если не кардинально, то весьма значительным образом: государство, как общественный институт, перестало быть выразителем интересов отдельных классов и все более становится выразителем  интересов всего общества в целом. Изменилась не только социальная политика государства, но и роль самого государства в жизни общества. При всей трагичности развития общества в ХХ столетии пролетарская революция историческую свою задачу выполнила: социализм стал реальностью, стал фактом жизни общества. Трагичность же развития общества была обусловлена самой природой пролетарских движений, одним из важных и решающих условий развития которых является условие вождизма. Именно это обстоятельство позволило возникнуть и развиться таким явлениям как сталинизм, гитлеризм и, собственно, фашизм.          ;           ;           ;           ;           ;           ;           ;           ;           ;           ;           ; 
    Плохо- ли , хорошо- ли,  но выполнив свою историческую миссию, пролетарии труда, как знаковая и значимая политическая сила, ушли со сцены исторического развития. Свершившаяся же по воле вождей мировая трагедия ХХ столетия не была закономерной, но была предопределена установившимся культом вождизма, культом личности вождя, и была не виной, но великой бедой для самих пролетариев.                                                               
    В нынешних условиях, в условиях глобализации мировых процессов, когда на карту политической и религиозной борьбы может быть поставлено само существование жизни на Земле, в мире растет   и развивается движение новых пролетариев- пролетариев Разума. Это новое, развивающееся в жизни общества, явление, представители которого не являются представителями какого- то отдельного класса, этнической, религиозной или расовой группы людей, но, принадлежа к ним по своему социальному положению, статусу, они образуют новый общественный класс, класс Пролетариев Разума, задача которого, предназначение или же историческая миссия  к тому именно и сводится, чтобы все эти, существующие между людьми границы, грани и разграничения были со временем стерты, как анахронизм, как препятствие к становлению человечества собственно человечеством, единой в космическом, планетарном соотношении расой, как сдерживающий развитие общества фактор. Речь не идет о немедленном, сиюминутном, революционном уничтожении этих границ, разграничений, возникших естественно историческим путем, но о планомерном, поступательном, осознанном и сознательном их стирании. Тем не менее, уже сейчас мы можем говорить о возможности, о необходимости повторения старого лозунга, призывающего людей к объединению:  « Пролетарии всех стран, - соединяйтесь!»,- придав, разумеется, ему новое содержание, смысл и звучание:        &nb sp;         &nb sp;                              Пролетарии всех стран,- соединяйтесь!
                                                  Пролетарии Разума.
    1984- 2011 гг.

    P.S. Для продолжения работы, для более полного и объёмного исследования данной темы нужна помощь – требуется финансовая поддержка.
    P.P.S. Свет есть в конце тоннеля. Просто в свете неоновых ламп  не сразу его разглядишь.



    Владимир Васильевич Сохарев
    Тел. +738531 25755
    659826 посёлок Лучевой Косихинского района Алтайского края.
      


     
  • Подписаться

    Ответ на исходный пост:


    Ваше имя:*
    Введите результат вычислений:
    Если вы не видите эту картинку, включите отображение картинок в вашем браузере и обновите страницу. Обновить картинку
    Внимание! Комментарии от гостей могут быть скрыты по запросу любого зарегистрированного пользователя до одобрения модератором.


Выберите тарифный план
2 недели
3USD
1 месяц
6USD
Я согласен с условиями предоставления услуг