Пожалуйста подождите

Моя милиция кого бережет?

06 октября 21:13
Рейтинг 0 - +    Эмоции
комментариев: 1
В конце прошлого года «Навигатор» подробно описывал, с какими проблемами сталкиваются родственники тех, кто погиб или получил травму в результате наезда автомобиля. Сразу после похорон или параллельно с дежурством у постели искалеченного они вынуждены всеми силами добиваться, чтобы обстоятельства ДТП были зафиксированы и отражены в бумагах. На сегодняшний день в документах, которые оформляются на месте происшествия, отсутствуют все важнейшие детали, на которые могло бы опереться следствие в своей работе.

Стабильно не указывается тормозной путь автомобиля, пятна крови на дороге, места осыпи стекла, а иногда даже дорожные знаки. В протоколе содержатся настолько краткие и сухие описания, как будто к этому документу все улики прилагаются в отдельной коробочке, поэтому подробно их описывать нет никакого смысла. К каким выводам может прийти следствие, опираясь на фразу из протокола «лобовое стекло машины разбито»? Автомобильное стекло «триплекс», например, при небольшом ударе или попадании камушка покрывается сеткой, постепенно осыпаясь, и при этом уже считается разбитым. Но стекло разбивается и тогда, когда в нем образуется дыра, пробитая головой пешехода, только сила удара во втором случае принципиально другая. Какую информацию несут для следователя слова работника ДПС «вмятина посреди капота», если глубина этой вмятины не указана? (Сама же машина после ДТП в кратчайшие сроки отправляется в ремонт.)

Командир полка ДПС Новосибирска Андрей Бойко на вопрос о качестве заполнения схемы дорожно-транспортного происшествия ответил, что в течение суток после ДТП схема передается в районное РУВД, и если она недостаточно полная, то начальник ГИБДД имеет право вернуть ее обратно на доработку. Начальник ГИБДД Советского района Аркадий Григорьев, в свою очередь, отметил, что возвращать каждый материал – это закрывать делопроизводство.

– Разумеется, мы можем отправить на доработку их материалы, но, может быть, лучше командиру полка ДПС провести разъяснительную работу со своими инспекторами? – считает начальник ГИБДД.

Пока стражи порядка выясняют, кто виноват, количество постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела растет из-за отсутствия информации по ДТП. Процедура дознания, по словам Григорьева, на сегодняшний день вообще не существует.

– Вести дознание не входит в обязанности инспекторов по исполнению административного законодательства, которые только проводят отбор объяснений, – говорит Аркадий Григорьев. – Конечно, инспектор ГИБДД может составить еще одну схему ДТП, выехать со свидетелями на место происшествия, если это необходимо.

Может выехать или все-таки должен? Ответа на этот вопрос не поступило. Вряд ли в служебных обязанностях перечисляется то, что можно не делать. Административные реформы по упразднению должности дознавателя ГИБДД не должны сказываться на качестве процедуры дознания, которую пока никто не отменял. Ведь именно инспектор ГИБДД принимает решение, возбуждать уголовное дело или писать постановление об отказе от него. А это означает, что вся ответственность за количество и достоверность собранной информации лежит на этом человеке, как бы ни называлась его должность.



ПОРА СМЕНИТЬ «КУСТАРНЫЙ» БИЗНЕС

По словам представителей ГИБДД, свидетелей ДТП найти очень непросто. При этом на районном электронном форуме всегда обнаруживается кто-то из очевидцев.

– Удар был настолько силен, что дедушку подбросило в воздух. У него в полете отлетели ботинки, машина на тормозах проехала дальше, а пострадавший, сделав пару оборотов над машиной, упал на асфальт уже позади нее. Увы, шансов у него не было никаких, – пишут на форуме местного портала о наезде на 75-летнего сотрудника ИНХа, доктора наук Евгения Борисовича Амитина, произошедшем 22 августа на пешеходном переходе напротив остановки «Проспект Строителей».

Скорость, с которой двигается автомобиль, фиксируется работниками милиции со слов заинтересованного лица – водителя, поэтому во всех протоколах она составляет безупречные 40 км/ч, то есть не превышает установленного ограничения по Академгородку. Остается лишь догадываться, каким же образом при такой скорости может произойти то, что описал свидетель.

Сегодня доказать вину водителя становится чрезвычайно сложно, даже если пострадавший переходил улицу по «зебре» на зеленый свет. Именно так и сложились обстоятельства 22 августа. Правда, зеленого света не было – светофор напротив остановки отсутствует. На вопрос о возможности установки светофоров в Академгородке районная администрация ссылается на отсутствие финансов, а также считает, что регуляторы движения станут дополнительной причиной для создания пробок.

– Стоимость одного светофора – 260 тыс. руб., и на сегодняшний день эти затраты не вполне оправданы, – объясняет заместитель главы районной администрации Иван Шмидт. – Тем более что причина наездов на пешеходов кроется не в отсутствии светофоров, а в безнаказанности и несознательности водителей – после того как светофор был установлен на ул. Балтийской, на этом перекрестке сбили человека, как сбивали и до того. Если водитель не снижает скорость, подъезжая к зебре, он с таким же успехом может и на красный свет проскочить. Здесь, скорее, сказывается полное отсутствие работы фискальных органов. Штат экипажей ДПС, конечно, не резиновый, но я уверен, что если хотя бы половину этих ребят с радарами вытащить из кустов и поставить штрафовать нарушителей на пешеходные переходы, у водителей будет гораздо больше стимулов соблюдать ПДД.



ПДД ПО ДОГОВОРЕННОСТИ

В отсутствии светофора движение по зебре регулируют сами участники движения «по договоренности». А договориться им удается далеко не всегда. Многие новосибирские пешеходы до сих пор еще верят, что на зебре они в относительной безопасности, а водители – что, представляя смертельную угрозу для пешеходов, мчась на высокой скорости, они автоматически получают право на беспрепятственный проезд. В обладминистрации и мэрии ведутся разговоры о порядке на дорогах, обсуждаются меры безопасности, подчеркивается неоценимая роль пешеходных мостов над Бердским шоссе, нахваливается работа ГИБДД.

– Команда, которая пришла в Управление ГИБДД области, работает недавно, а мы уже видим положительный результат – посмотрите, какая пошла волна воспитательной работы. Результат невозможно получить сегодня – он будет завтра, – оптимистично заявляет депутат облсовета Валерий Ильенко корреспонденту «НГС.Новости».

О какой именно воспитательной работе речь, не вполне понятно. Нет никаких сомнений, что отдельные инспекторы ГИБДД, а также некоторые представители следственных органов сегодня как никогда остро нуждаются в воспитании. При расследовании дела Валентины Ивановны Кочетовой, которая была сбита на пешеходном переходе напротив ДК «Юность» в 2005 году (тяжкие телесные повреждения), следователей внезапно охватили смутные сомнения, так ли необходимо для водителя уступить дорогу пешеходу, идущему по зебре. «Это что, по-вашему, выходит, он должен так и стоять до вечера всех пропускать?» – удивилась следователь УВД Новосибирска Елена Лисинкер, обращаясь к адвокату потерпевшей. «Вы вообще когда-нибудь видели, чтобы у нас на зебре пешеходов пропускали?» – подтвердил старший следователь ГУВД НСО (сейчас – и.о. начальника отдела ДТП УВД Новосибирска) Дмитрий Новожилов. Сложно себе представить, какие перспективы в нашем городе имеются по вопросу воспитания водителей и пешеходов, если в правильности федерального и общемирового закона сомневаются даже следователи.

Первый и главный для продолжения работы следствия документ – схема ДТП – в оформлении дела сбитого насмерть ученого Е. Амитина была, как всегда, предельно лаконична. На схеме не было ровным счетом ничего, кроме одной-единственной точки, отмеченной крестиком, – места, где сбит пешеход. Супруга покойного, сопровождавшая его в то утро и являющаяся прямым свидетелем происшествия, при составлении схемы ДТП опрошена не была, а ее письменные показания, которые были взяты лишь несколько дней спустя, так и не получили отражения в схеме. Почему ГИБДД не любит опрашивать свидетелей и потерпевших – вопрос риторический, но факт налицо – схемы ДТП традиционно выглядят как девственно чистые бланки с сиротливым крестиком на месте аварии.

По делу о наезде на В. Кочетову следственный отдел по расследованию ДТП при УВД Новосибирска в течение года отказывал потерпевшей в просьбе выехать на место наезда для составления схемы с учетом ее показаний и произведения всех замеров. В показаниях потерпевшей следствие упорно не нуждалось. Долгожданная встреча со следователями на месте происшествия состоялась лишь спустя год, когда ее жалоба поступила, наконец, в МВД России. Тогда следственный комитет МВД РФ распорядился принять соответствующие меры и опросить потерпевшую.



БЕРЕГИ АВТОМОБИЛЯ

К моменту передачи дела на рассмотрение в следствие автомобиль Ерлана Токпанова (водитель, сбивший Амитина) уже был благополучно отремонтирован. Поэтому автотехническая экспертиза назначена вовсе не с целью выяснения скорости машины в момент наезда и силы удара, как логично было бы предположить, а «на основании материалов дела». Дела, в котором нет практически никакой информации. Такая липовая проверка может лишь засвидетельствовать техническое состояние транспортного средства, его исправность на момент наезда, да и то лишь в том случае, если произведенный ремонт касался только стекла и кузова. На ходатайство супруги погибшего взять с водителя так называемую «сохранную расписку», где он обязуется не ремонтировать автомобиль до выяснения следствием обстоятельств, инспектор по дознанию ГИБДД Советского района Василий Филиппов ответил, что машину искать он не будет и, где она сейчас, не знает, поскольку «она ему не принадлежит».

Отметим, что отказ от принятия ходатайства от потерпевшей – прямое нарушение Уголовно-процессуального кодекса, а разрешение отремонтировать машину до проведения работы следственными органами, по сути, равносильно пособничеству в сокрытии улик. Такое поведение становится узнаваемым почерком отдельных работников ГИБДД. В мае прошлого года, когда напротив магазина «Альбумин» был сбит 12-летний Антон Гузев, получивший тяжкие повреждения, процесс дознания тоже вел инспектор Филиппов, и УАЗ был в точности так же оперативно отремонтирован.



КРЕСТИКИ-НОЛИКИ

На вопрос, почему схема ДТП составлена только со слов водителя – участника аварии и заинтересованного лица, когда на месте находился непосредственный свидетель, и не содержит никаких фактов, кроме неверно обозначенного места наезда, инспектор по дознанию сообщил:

– Схема ДТП составляется представителями дежурной части полка ДПС по Советскому району, которая напрямую подчиняется городскому управлению, и контролировать качество их работы я не имею права. Когда дело попало ко мне в руки, прошло два дня, и на месте происшествия уже не было осыпи стекла или пятен крови, которые можно было бы обозначить на схеме. Я взял у свидетельницы письменное объяснение, что с составленной схемой она не согласна. Если следствие решит, что есть необходимость в дополнительной информации, они примут меры. Что вы от меня хотите? У меня работы много, тут люди сидят, так же точно пострадавшие.

Объясняя причины изначально «пустой» схемы ДТП, инспектор ГИБДД Филиппов сказал чистую правду. Первичная схема действительно составляется представителями дежурной части ДПС, и качество их работы «оставляет желать», но затем материалы переходят в руки дознавателя, а его роль и состоит в том, чтобы «до-знать» все недостающее, то есть проверить полученные данные и собрать максимум информации для ведения дальнейшего расследования. Но чаще всего составленная общими усилиями схема ДТП представляет собой белый лист бумаги с одним крестиком, словно кто-то решил поиграть на нем в «крестики-нолики», а потом спохватился, что это все-таки документ, передумал и положил обратно в папку. Когда дело, поступающее от дознавателя в следственные органы, изложено в трех строках, то на нет, как говорится, и суда нет.

О необходимости дополнительной информации в материалах по ДТП на остановке «Проспект Строителей» сотрудники автоинспекции узнали из прокуратуры, куда поступила жалоба от пострадавшей. Но в их отношении к процессу дознания ничего не изменилось. «На нас в прокуратуру пишут через день, мы к этому уже привыкли», – говорит начальник ГИБДД Аркадий Григорьев.

Нежелание выехать на место ДТП со свидетелем, чтобы составить полную схему, говорит как минимум о несоответствии сотрудника дознания занимаемой должности. Пострадавшие от руки водителей люди в стенах кабинетов ГИБДД планомерно переходят в следующую группу – пострадавших от руки инспекторов по дознанию. По странному стечению обстоятельств работа экипажа дежурной части ДПС и инспектора по дознанию в ГИБДД организована таким образом, чтобы для возбуждения уголовного дела имелось как можно меньше оснований, а в тех случаях, когда дальнейшее расследование неотвратимо, в следствие поступает минимальное количество информации с места происшествия. Те немногие крохи, которые все же получили отражение в документах, никто не стремится проверять на соответствие действительности или тем более исправлять.



ПРОКУРАТУРА ПРОВЕРИТ ГИБДД

По закону сотрудники дознания ГИБДД обязаны в течение 3-х (максимум 10-ти – при продлении) дней собрать всю информацию, а затем либо закрыть дело постановлением об отказе, либо передать его в следственные органы. Инспектор ГИБДД Советского РУВД не передавал материалы по делу Кочетовой в следственный отдел в течение 9 месяцев до непосредственного вмешательства прокуратуры. В течение всего этого времени беременное документами дознание Советского РУВД одно за другим выносило постановления об отказе в возбуждении уголовного дела с типовым текстом. Всего было оформлено 6 совершенно одинаковых отказных материалов, где было заявлено об отсутствии вины водителя и состава преступления.

По делу Амитина документы тоже были переданы в следственный отдел городского УВД только после соответствующего постановления районной прокуратуры – видимо, самостоятельно следовать закону некоторые его стражи не в состоянии. Жалоба в прокуратуру на халатное отношение представителя ГИБДД к выполнению своей работы получила весьма формальный отклик. Прокуратура поручила провести служебную проверку сотрудника районной ГИБДД его непосредственному начальнику. По заверению прокурора Советского района Александра Власова, прокуратура не в состоянии осуществлять проверки своими силами, но результаты внутренней проверки будут обязательно оцениваться.

– Если они не удовлетворят заявителя жалобы или покажутся нам формальными и поверхностными, мы назначим другую проверку, – объяснил прокурор.

На предложение корреспондента подсчитать количество таких жалоб за последние 2-3 года, сделать выводы и принять меры прокурор согласился, что такая статистика была бы интересна прокуратуре и пообещал до конца года проанализировать всю имеющуюся в архивах информацию по подобным жалобам. При выявлении большого количества одинаковых ситуаций (неверное оформление схем ДТП и халатное отношение к сохранению улик) можно уже говорить о некоторой тенденции и задуматься о мотивах такого поведения сотрудников автоинспекции.

Мария ШКОЛЬНИК

Источник: navigato.ru
Метки меток нет