Пожалуйста подождите

Суд над Русским офицером (как все было)

23 апреля 15:35
Рейтинг +0+0,64 - +    Эмоции
комментариев: 0

Вчера, 22 апреля в Новосибирске начался суд над майором российской армии Николаем Левым. 


Перед началом первого заседания общий настрой и у нас и у защиты был сдержанно-пессимистичный. Причиной тому было не только наличие большого количества свидетелей обвинения, но и сама личность судьи – Виталия Носова, уже «набившего» руку на осуждении офицеров.

Хотя, конечно, отличием дела майора Левого, была этническая составляющая. Когда зачитывали текст обвинения, всем нам стало как-то не по себе, уж слишком гладко все выглядело. Как по нотам расписало следствие все «преступные» деяния майора. Некоторые из пришедших даже с некоторой укоризной посмотрели на меня – не перегнул ли я, с описанием геройства майора.

По версии обвинения выглядело это так:

Майор Николай Левый будучи в нетрезвом состоянии вызвал в канцелярию рядового Таджутдинова, где нанес ему несколько ударов в лицо, потом схватив «за грудки» ударил несколько раз об стену и в довершении всего разбил сотовый телефон, привезенный рядовым с далекого, родного Дагестана. Этим он нанес немалый материальный вред и моральную травму Таджутдинову, разочаровав последнего во всем офицерском корпусе вообще и майоре Левом в частности.

После расправы над Таджуддиновым, майор Левый вызвал в этот же кабинет рядового Нагоева и совершил над ним аналогичное насилие, также разбив принадлежащий рядовому телефон, после чего отпустил его восвояси.

В тот же вечер, на построении, пьяный майор ударил рядового Магомедова Р.А., а чуть позже, на следующем построении разогнав первый ряд солдат, избил другого рядового Магомедова, стоявшего во втором ряду и, в довесок, пнул его в живот.

При этом очень интересовало майора, за кого те драться будут за русских или за земляков. Что тут сказать, зверь, да и только, еще и национальный душок присутствует.

Перешли к опросу потерпевших. Нагоев и один из Магомедовых на суд не явились, поручив стороне обвинения озвучить их показания, данные во время следствия, а Таджутдинов и М. Магомедов были вполне готовы обо всем рассказать самостоятельно.

Начали с Таджутдинова. Прежде всего Аблугат не смог без помощи следствия вспомнить какой модели у него был разбитый Левым телефон. Документами на купленный им телефон он также не располагал, ибо "Там все так продают". Когда речь зашла о побоях не смог вспомнить он и об ударах в лицо, а когда по его версии Левый взял его «за китель» то встряхнул его всего два раза, и он задел спиной шкаф. Позже, при допросах других свидетелей выяснилось, что и шкафа-то в комнате не было.

После нанесения побоев Левый вышел из комнаты, а Таджутдинов оставался в канцелярии еще 15 минут обсуждая с находившимися там солдатами произошедшее.

Если из Таджутдинова слова приходилось буквально вытягивать, то Магомедов был более разговорчивым. По его версии, майор Левый на построении растолкал первый ряд сослуживцев и пнул его в живот, а потом несколько раз ударил.

По поводу пострадавшего в канцелярии Нагоева Магомедов пояснил, что когда Левый, по версии следствия, бил Нагоева, все доступное на тот момент землячество собралось возле дверей кабинета. Они то и дело «заглядывали» узнать, не сильно ли Левый избивает их земляка.

На вопрос о происхождении его телефона Магомедов заявил, что купил его у другого солдата, да деньги на тот момент отдать еще не успел.

Причиной недовольства майора их службой «потерпевшие» назвали свое участие в «разборках с русскими» вне своей части, и то, что они выполняли команды своих земляков намного охоьнее, чем своих командиров. Оказалось, что требования майора к ним сводились к необходимости соблюдать армейский устав и служить как все – неслыханная дерзость. При этом ни в одних из показаний, данных на суде потерпевшими, ни из зачитанных на суде Прокуратурой не говорится о том, что майор был пьян. Откуда это взяло следствие - одному Богу известно.

Было также установлено, что зафиксированные телесные повреждения молодые люди получили не от майора Левого, а во время массовой драки произошедшей на плацу от неопределяемых ими сослуживцев. Кто именно их бил они вспомнить не могут, но за спиной русских солдат они уверенно предположили грозную тень майора-ксенофоба.

После часового перерыва заседание продолжилось. Начался опрос свидетелей обвинения. Таковых было порядка 15 человек. Тут вообще началось что-то невообразимое. Солдаты и младший ком. состав, по словам адвоката Терлеева, один за другим начинали отказываться от показаний против майора, данными ими на этапе следствия. Причина называлась одна и та же.

По их словам, во время предварительного следствия представитель Прокуратуры пообещал им «большие проблемы» в случае если они не дадут «нужные» показания.

Офицерам обещали скорую «посадку», а солдат запугивали тем, что переведут их из свидетелей по делу в обвиняемых, да и вообще организуют массу проблем.

Прокуратура от такой неожиданной солидарности медленно начинала «выпадать в осадок», да и судья заметно занервничал.

Наконец прокурор не выдержал, - «Вы утверждаете, что материалы дела сфальсифицированы», - спросил он очередного солдата.

- «Да», - ответил он.
Под конец заседания выяснилось, что телефон, из-за которого Таджутдинов понес тяжелые моральные страдания, был не привезен последним из солнечного Дагестана, а отнят у своего сослуживца. Притом нашлись и документы на этот телефон, и сам бывший владелец, кто прямо в зале суда предъявил претензии Таджутдинову.

В результате, суд постановил по требованию обвинения на следующем заседании вновь опросить всех свидетелей по делу. Ходатайство защиты о достаточности для объективной оценки дела уже данных показаний была оставлена без удовлетворения.

Следующее заседание состоится 12 мая и у следствия будет достаточно времени, чтобы «хорошо подготовиться».

В период заседания возле здания суда проходил пикет, организованный сторонниками Николая Левого, На котором собралось не менее 60 человек.

Организатором пикета выступило «Русское патриотическое движение», также в нем участвовало Новосибирское отделение ЛДПР. Его руководитель, Евгений Логинов заявил, что самые «отвязные» формы дедовщины происходят именно по вине этнических диаспор. – «Каждый, кто служил в армии, это подтвердит», - подчеркнул он.

Основным требованием пикетирующих было полное оправдание майора Николая Левого.


Ростислав Антонов

sibgrad.com


/на фото потерпевшие Таджутдинов и Магомедов/


комментарии

К первому непрочитанному